И тут подвернулись эти два молодых дурака неизвестно из какой страны. Первым делом Диего приказал Альфонсо незаметно подобрать и спрятать ножи этих сопляков, а через полчаса план присвоения денег компаньона созрел в его голове окончательно. Зная во всех подробностях характер Альфонсо, хозяин прииска решил сыграть на его жадности и глупости. Он вызвал его к себе и предложил стать совладельцем прииска вместо Луиса. Тут же оформили договор, согласно которому Альфонсо принадлежала часть вложенных в дело средств, в точности равная доле Луиса. На вопрос, где он возьмет такие деньги, Диего сказал, что они уже существуют и нужно только, чтобы они поменяли хозяина, что и закреплено договором. А что касается бывшего хозяина... Слово «бывшего» Диего произнес с особым нажимом - то ведь с ним все может случиться. Например, двое избитых им иностранцев решат отомстить и пырнут его ножом сегодня же ночью. Эти дураки даже свои имена на ножах вырезали, так что и доказывать ничего не надо. Всем и все будет ясно без слов.
- Ты меня понял? - спросил Диего.
- Еще как! - радостно воскликнул Альфонсо.
- Вот и прекрасно,- и Диего вручил ему один из ножей, оставив второй себе.- Сегодня же ночью встретимся с Луисом в безлюдном месте. Надеюсь, за такие деньги ты сумеешь от него быстро избавиться так, чтобы он и не пикнул. Выгода от этого тебе двойная. Во-первых, ты сразу становишься богатым человеком, а во-вторых, завтра же будешь иметь удовольствие собственноручно повесить этих двоих, которые разукрасили тебе физиономию и опозорили на весь поселок. Мы назначим судей, будем судить их по всем правилам, но очень быстро. Раз-два, обвинение, приговор - и вот они уже болтаются в петле, а мы с тобой вершим все дела и богатеем день ото дня.
Такая перспектива очень понравилась недалекому Альфонсо и он согласился со всеми пунктами плана, не догадываясь, какая роль отведена ему самому. Покинув жилье своего патрона, он весело шагал, насвистывая песенку, и не знал, что сразу после его ухода Диего разорвал в клочки и выбросил так называемый «договор». Не знал он и того, что ему не суждено повесить двух иностранцев по той простой причине, что до завтра он не доживет.
На рассвете Кононенко и Захаржевский поднялись со стонами и кряхтеньем и поспешили на берег реки. Лодки на лесозаготовки уходили рано. Работать было очень тяжело, нестерпимо болели многочисленные ушибы, но до вечера они кое-как дотянули. Когда лодки подошли к поселку, их уже ждали охранники Диего. Ничего не подозревая, ребята сошли на берег и тут же были схвачены. Им связали руки за спиной и повели, объяснив по дороге, в чем их обвиняют. Оказывается, утром в поселке нашли трупы Луиса и Альфонсо. Оба были убиты ножами в спину, а на рукоятках ножей обнаружили имена убийц и теперь им не уйти от справедливой кары.
- Завтра утром вас осудим и вздернем! - весело сказал один из конвоиров.- А то давно у нас ничего интересного не происходило. Скука!
Их втолкнули в сарай и заперли двери.
- Сволочи! Подонки! - выкрикивал Генек и метался из угла в угол.
Потом он немного успокоился и сел рядом с Василем на сухую траву, лежавшую у стены.
- Что будем делать?
- Не знаю,- сказал Василь,- стены, кажется, крепкие, сложены на совесть.
- Но это же и дураку понятно, что мы не оставили бы на месте преступления ножи со своими именами!
- Мне кажется, здесь это никого не интересует. Они просто решили от нас избавиться и любого повода для этого достаточно. Никто с ними спорить не станет,- грустно проговорил Василь.
Перед наступлением темноты пришла их квартирная хозяйка и принесла еду.
- Пусть поедят в последний раз,- согласился охранник, стоявший за дверью с ружьем,- завтракать утром они уже не будут. На том свете позавтракают,- он рассмеялся, довольный своей шуткой.
Охранник даже разрешил развязать им руки, чтобы они могли поесть. Хозяйка присела возле ребят и стала накладывать в миски еду. Вдруг Василь увидел, как из складок ее юбки один за другим выпали два длинных узких кинжала и мягко легли на сено. Он подвинулся и сел на них, притянув к себе миску. Покормив их и повздыхав, хозяйка ушла, а охранник запер дверь, не став связывать им руки. И так никуда не денутся. Из этого амбара не убежишь.
У узников появилась надежда. Попробовали с помощью кинжалов сделать подкоп под стену сарая, но под тонким слоем земли лезвия уперлись в камень. И так везде, где они пытались копать. Пробовали под разными предлогами зазвать охранника внутрь сарая, но тот никаких просьб не слушал, только ругался и говорил, что если он откроет дверь, то они до завтра не доживут, он их прикончит сейчас. Оставалась последняя надежда - когда за ними придут, убить конвоиров и бежать. Но куда бежать, в джунгли? Это значит из огня да в полымя. Там, если не убьют индейцы, сожрут дикие звери. Но это все равно лучше, чем смерть уже завтра утром.
Была уже глубокая ночь, но спать они не могли. Без конца обсуждали различные варианты побега, а тоска все сильнее сжимала сердце, хотя друг другу они в этом не признавались. Кинжалы - дело хорошее, но вряд ли они помогут, когда вокруг будут десятки людей, которые ждут их смерти как интересного развлечения. К тому же сами они никогда никого не убивали. Время шло, приближался рассвет. Надежда на спасение таяла так же, как таяла ночь за стенами.
Но... что это? Снаружи раздался глухой стук. Похоже, что-то тяжелое упало на землю. Друзья замерли, прислушиваясь. В тишине громко лязгнул замок и приоткрылась дверь сарая. Кто-то позвал их по именам, но с таким акцентом, что сразу стало ясно - Ог.
Они вышли. Освещенный луной, у входа лежал охранник. В его плече торчала тоненькая стрела, тупой конец которой был обмотан чем-то вроде паутины. Они уже знали, что такие стрелы, отравленные смертельным растительным ядом, индейцы пускают из духовых трубок.
У друзей радостно забились сердца. Это было спасение! Ог выдернул свою стрелу и спрятал в деревянный колчан. Труп охранника втащили в сарай. Индеец вынул у него из-за пояса нож и вонзил ему в грудь. Маленькую ранку от стрелы под одеждой никто не заметит и все решат, что дурак охранник зачем-то зашел в сарай, где и был убит собственным ножом. Тем более, что кровь будет только внутри сарая. Значит, двое иностранцев действовали без сообщника и освободились своими силами.
- Надо к реке, там лодки,- коротко сказал Ог.
Сарай закрыли, но предварительно Василь забрал у убитого пули и порох, а потом прихватил ружье, валявшееся на земле. Кругом не было ни души. Они забежали в свою комнату, быстро собрали вещи, взяли луки со стрелами, топоры и, стараясь держаться все время в тени, направились к реке. Когда миновали поселок и до реки осталось совсем немного, Ог рассказал о том, что случайно увидел прошлой ночью. Он должен был встретиться на берегу со связным своего племени. Скользя, подобно призраку, своей обычной неслышной походкой вдоль спящей улицы, он оказался неподалеку от салуна, когда оттуда вышли последние посетители. Правда, заведение было уже давно закрыто, но эти, вероятно, были наверху, в комнатах девушек, поэтому и вышли так поздно. Этими последними посетителями оказались Диего, Луис и Альфонсо. Они свернули в ту же сторону, куда направлялся Ог, и ему волей-неволей пришлось следовать за ними на безопасном расстоянии. Глаза индейца видели в темноте почти так же хорошо, как глаза ягуара. Вот трое остановились неподалеку от дома Луиса.
Казалось, они мирно беседуют и вдруг Альфонсо, почти не размахиваясь, коротким движением вонзил нож между лопатками Луиса. Негромко вскрикнув, тот повалился лицом вниз. Альфонсо нагнулся над убитым, чтобы обшарить его карманы и в это мгновение Диего ударил его ножом в спину. Альфонсо рухнул прямо на убитого им Луиса, но Диего ногой сбросил его с покойника, присев, убедился, что оба мертвы и спокойно пошел в обратную сторону. Огу пришлось лечь в траву у забора и притаиться. Он встал только тогда, когда звук шагов Диего затих вдали. Индеец не знал, что тех двоих убили ножами Генека и Василя, иначе забрал бы ножи и спрятал. Генек сразу вспомнил то, что ему рассказывала хозяйка заведения о желании Луиса забрать свои деньги и открыть собственное дело. Дьявольский план Диего стал ему ясен - с помощью Альфонсо избавиться от своего компаньона, затем избавиться от Альфонсо и оба убийства свалить на Кононенко и Захаржевского.
Они подошли к реке. Среди причаленных здесь лодок выбрали легкую и прочную четырехвесельную.
- Вам надо плыть вверх по реке. Там нет поселков белых людей, и там вас искать не будут, а вниз они утром пошлют погоню,- сказал Ог.
- Но там нас убьют индейцы,- с сомнением проговорил Генек.
- Не убьют. К середине дня доплывете до большого острова. Там живут двое наших наблюдателей. Они должны сообщить вождю племени, если вверх по реке поплывут вооруженные белые люди. Передадите им письмо, и они вас примут как своих. Поживете у них дней пять-десять, а потом ночью пройдете мимо нашего поселка и дальше вниз по реке туда, где вас никто не знает. А там решите что делать, может быть, уедете обратно в свою страну.
Услышав про письмо, Генек и Василь удивились, а индеец достал из кармана несколько тонких веревочек и начал завязывать на них узелки.
- Что ты делаешь? - спросил Василь.
- Это письмо,- бросил Ог, продолжая свою работу.
Друзья удивились еще больше, но пришлось ждать, пока он закончит. Ог подал Василю свои веревочки и сказал:
- Это расскажет, что вы хорошие люди и спасли меня от смерти.
- А как мы найдем ваших наблюдателей?
- Когда выйдете на берег покричите: «Угано слинга ута, ирабо усагатоло».
- Что? - в один голос воскликнули Генек и Василь.
- На нашем языке это значит: «Люди племени ута, сын кобры прислал сообщение».
- Я это не запомню,- с сомнением проговорил Василь.
А Генек только почесал затылок.
- Надо запомнить, это же очень просто,- удивился Ог,- иначе они могут не показаться.
Пришлось заучивать непонятные и непривычно звучащие слова. Через некоторое время индеец одобрил их произношение.
- Плыви с нами,- предложил Василь.
- Нельзя, я здесь глаза и уши племени,- коротко пояснил Ог.
Попрощались, пожали индейцу руку, поблагодарили за спасение и налегли на весла. Гребли до рассвета, то и дело вздрагивая от незнакомых звуков. То вдруг поблизости раздавался громкий плеск, как будто в воде ворочался кто-то огромный и страшный, то лунную дорожку на воде пересекала отвратительная хищная морда плывущего каймана. Время от времени из джунглей доносился жуткий вой, переходящий в громкое мяуканье. Иногда на берегу слышался такой треск, что казалось, кто-то величиной с лошадь ломится через чащу. Ночной тропический лес был полон звуков, которых друзья не понимали и поэтому боялись еще больше. Когда рассвело, причалили к берегу, затащили лодку в кусты и немного отдохнули. Даже поспали по очереди и поплыли дальше. На реке все было спокойно, видно, и впрямь их искали ниже по течению. Ог оказался прав, никому не пришло в голову, что они могут бежать туда, где их ждет почти верная смерть или от рук индейцев, или от зубов диких зверей. Солнце уже клонилось к закату, когда впереди на реке показался довольно большой остров, похоже, тот, о котором говорил индеец. Во всяком случае, это был первый остров на их пути.
Причалили, луки и ружье оставили в лодке и вышли на берег. Где же искать этих индейцев? Вокруг сплошные заросли и нигде никого.
- Давай кричать,- пожав плечами, предложил Генек.
Василь сложил руки рупором и прокричал заученные и несколько раз за ночь повторенные для верности слова. Прокричал в одну сторону, потом в другую. Никакого ответа. Может быть, эти индейцы находятся на другом конце острова и просто не слышат, а может, их вообще на острове нет?
И тут они вздрогнули от неожиданности. Из-за куста, который был совсем близко, бесшумно, как призрак, появился индеец, а за ним второй. Оба держали наготове луки. Придя в себя, Василь молча подал им веревочки с узлами, завязанными Огом. Индейцы долго рассматривали узелки, указывали друг другу пальцами на какие-то места, кивали головами, переговаривались. Наконец, они закончили «чтение» и знаками показали, чтобы ребята вытащили лодку и следовали за ними. Лодку затащили в заросли тростника и пошли за индейцами. Недалеко от берега за деревьями оказалась хижина, плетенная из ветвей и крытая тростником. Здесь им предстояло прожить несколько дней. Внутри хижины было два гамака, в которых ночью спали хозяева, и гости пришли к выводу, что им придется спать на земле. Но это не так страшно. За время скитаний по разным странам они привыкли спать в любых условиях и в любом положении. Во всяком случае, это лучше, чем заснуть вечным сном, что непременно случилось бы, не помоги им Ог. Индейцы накормили их мясом дикого гуся, зажаренного на костре, и лепешками из местного злака, представляющего собой большие круглые початки, усыпанные рядами крупных желтых зерен. Пучки этих початков были подвешены на жердях тут же в хижине.
- Вот если бы на Украине пшеница росла с такими колосками,- мечтательно проговорил Василь,- сроду бы голода не было.
Потом до вечера все вместе сидели недалеко от берега на небольшом бугорке, с которого сквозь ветви кустов далеко была видна река. Это и был наблюдательный пункт индейцев. Пытались кое-как объясняться друг с другом, но без особого успеха. Когда стало темнеть, хозяева притащили в хижину охапки сухой травы, бросили их на землю и показали, что это ложе для гостей. Утомленные бессонной ночью и всем пережитым, друзья заснули сразу и проспали чуть ли не до обеда. Проснувшись, увидели возле своего ложа две грозди бананов и решили, что это их завтрак. В деревянном сосуде нашли воду, умылись, поели и отправились на «наблюдательный пункт». Оба индейца были там. День прошел спокойно, за ним также спокойно и однообразно прошли еще три дня. Друзья подумали, что пора отправляться в путь и попытались объяснить это намерение своим гостеприимным хозяевам. Те, кажется, поняли и, разведя руками, показали, что их это не касается. Решили плыть после полудня, чтобы ночью миновать поселок, где их ждет виселица. Однако перед полуднем на реке показалась одинокая лодка. Индейцы затараторили что-то на своем языке. Несколько раз прозвучало слово, похожее на имя Ог, и действительно, через некоторое время их спаситель высадился на берег.
Он рассказал, что все получилось так, как было задумано. Все решили, что охранника убили узники его собственным ножом. За ними послали погоню на самых быстроходных весельных и парусных лодках. Прошли несколько поселений вниз по реке и ни в одном беглецов не видели. Все это было хорошо, но кое-что и плохо. Диего Амандес послал сообщение с описанием их внешности и якобы совершенных ими преступлений по всем поселкам, расположенным на сотни миль вниз по течению. Теперь, если они где-нибудь покажутся, их сразу арестуют и отправят по месту совершения преступлений, а то и просто повесят без проволочек. Такие вот дела.
- Что же нам теперь - всю жизнь сидеть на этом острове? - спросил Василь.
Ог сказал, что всю жизнь им сидеть здесь не надо, а надо идти на восток к другой реке, которая тоже впадает в Великую реку - Мать всех вод, текущую к океану. В поселках белых людей на той реке о них ничего не знают, и там их никто не ищет. На вопрос, как они найдут дорогу, индеец ответил:
- Мы пойдем на лодках вверх по реке до нашего селения, и я попрошу вождя дать вам провожатого.